Новости

«Босиком по тропе жизни»: к 85-летию первого мэра Уфы Михаила Зайцева

1 марта 2023

1 марта исполнилось бы 85 лет первому всенародно избранному мэру столицы республики, председателю Госсобрания – Курултая Башкортостана, почетному гражданину Уфы Михаилу Алексеевичу Зайцеву.

У выдающегося башкирского поэта и прозаика Мустая Карима есть небольшая повесть «Батя Ялалетдин», написанная в феврале 1994 года в Переделкино. Начинается она словами: «Есть у меня друг. Человек уважаемый, человек большой. Зовут его Михаил. Фамилия – Куянов…» Так он представляет своего героя. И это не вымышленный персонаж, а Михаил Зайцев, от имени которого и ведется рассказ.

Рос он без отца, погибшего под Берлином накануне Победы, и воспитывался в детдоме, где неожиданно воспитателем стал бывший матрос Ялалетдин. Мальчишки буквально через несколько дней прозвали его «Батя». Всего две недели проработал он в детдоме, однако навсегда остался ему благодарен подросток Миша. За человечность и сопричастность к непростой судьбе маленьких сирот. И эту человечность Михаил Алексеевич Зайцев пронесет через всю свою жизнь.

Семеро братьев, выходцы из Белоруссии, – Кирилл, Ларион, Василий, Семен, Михаил, Осип и Даниил – во время Столыпинской реформы 1907 года купили у башкир землю, что находится ныне в Чишминском районе. Славилась она черноземом. Сеяли рожь и пшеницу, корчевали лес. Первым делом в деревне Боголюбовке построили церковь, маковки которой видел из соседнего Кляшево Кэндэк, главный герой блестящей мустаевской повести «Долгое-долгое детство».

Так род Зайцевых обосновался в Башкирии. Боголюбовка стала родиной для всех их следующих поколений. И здесь 1 марта 1938 года у Алексея и Веры Зайцевых родился сын Миша.

В 11 лет мальчик попал в детдом, где воспитывался три года, до поступления в электромеханический техникум, который в те годы располагался на улице Зенцова, 47.

– Мы в детдоме были обуты, одеты, рядом с нами были замечательные люди, – вспоминал он об этом времени позднее.

А в техникуме Зайцев «заболел» спортом, более всего – волейболом. Был невысокого роста, что не мешало ему играть на хорошем уровне. Впоследствии, куда бы ни приходил на работу, повсюду создавал спортколлективы – в райкоме, горкоме, горсовете, Курултае. И даже одну из дочерей выдал за волейболиста.

И еще Миша в те годы увлекся шахматами. Как человек основательный серьезно изучал теорию, познав, что из себя представляют «Русская партия», «Дебют 4-х коней», «Ферзевый гамбит». И даже «Мат Легаля», о котором знает не каждый разрядник. Продолжил занятия шахматами уже будучи взрослым. Начав работать в горкоме, я с удивлением увидел, как в обеденный перерыв два завотделом (пропаганды и организационного) Зайцев и Марков настолько увлеченно играли в блиц, что к ним невозможно было подступиться. И счет у них был необыкновенный – 273 на 234.

Насколько я понимаю, настоящий мужской характер у Михаила Алексеевича выработался именно в детдоме и спортивных баталиях. О детдоме выше мы уже говорили, а спорт, которым занимается человек, способен дать ему такие качества как чувство локтя, умение работать в команде, организованность, дисциплинированность, коммуникабельность и поистине двужильную работоспособность.

В своей повести Мустафа Сафич отмечает две отличительные и, по сути, противоречащие друг другу черты характера своего героя – стеснительность и решительность, которую в своей деятельности Зайцев показывал неоднократно. Особенно проявилась она во время известной фенольной эпопеи. Фенол и еще одно ядовитое вещество – диоксин – через речку Шугуровку, кстати, в которой до строительства крекинг-завода водилась форель, попали в городской водопровод из-за аварии на «Химпроме». Уфимцы и сегодня помнят, как пили чай со странным привкусом.

Тогда организовали доставку чистой воды в цистернах – за ней стояли в очередях с ведрами и банками. Горожане тем временем выходили на митинги протеста. Однажды на площади перед горсоветом собралась толпа в 5 тысяч человек, ведшая себя довольно агрессивно. Мэр, чуть ли не единственный, кто бесстрашно вышел к ним на улицу (ведь толпа есть толпа). Коротко выступил, а самых ярых крикунов даже пригласил в зал. Беседуя с ними, сумел найти общий язык и при всех выпил стакан воды из крана.

Многие, наверное, заметили, что за все годы работы на высоких должностях Михаил Алексеевич ни разу не был отмечен ни орденом, ни медалью. Конечно, звание почетного гражданина столицы дорогого стоит. Правда, и над ним Зайцев любил подтрунивать: «По четным я – почетный, а по нечетным – простак».

А случилось вот что. Высокопоставленные партократы предметно решили наказать М. У. Гареева, в прошлом фронтовика, долгие годы возглавлявшего финансово-хозяйственный отдел обкома КПСС. Его не просто отправили на пенсию, а под надуманным предлогом учинили расправу. Кировскому райкому было дано указание рассмотреть его персональное дело и исключить из партии… за недоплату членских взносов. Видимо, он был единственным, кто недоплачивал! Многие коммунисты склонялись к этому. Но, выступая на заседании бюро райкома, Зайцев пошел против течения, сказав, что за данный проступок не должно быть такого сурового наказания. И выполнение грозного указания было сорвано. Реакция была мгновенной. Заседание бюро собрали вновь, «забыв» пригласить Зайцева (а он тогда занимал должность председателя райисполкома), и наказали Гареева. А фамилию Михаила Алексеевича вычеркнули из списка представленных к награждению орденами. На что он, немного расстроившись, резюмировал: «Ладно с ним, с орденом. Зато совесть моя чиста».

Вот так, с чистой совестью, с открытой душой прошел он «босиком» по тропе жизни. Не зря же, приезжая в часы досуга в Боголюбовку, любил пройтись по траве, сняв обувь. Считал, что этим мать-земля дает здоровье. Мол, раньше люди всегда так поступали. И мелодию-то любил, в которой рефреном звучали слова: «Босиком бы пробежаться по росе». А еще, обладая хорошим голосом, песню Пахмутовой «Старый клен» он не раз исполнял на концертах художественной самодеятельности. Ему нравились и музыка, и простые сердечные слова, а главное, он знал, что она была по душе супруге Светлане. Почти на каждом концерте видел ее в первых рядах. А когда ее не оказывалось в зале, интуитивно чувствовал, что она его в эти минуты все равно слышит.

Семья для Михаила Алексеевича была свята. Особенно он любил дочерей – Ирину и Наташу, а затем перенес это проникновенное чувство на внучек Олю и Настю. Свое трепетное отношение к любимым женщинам всегда отмечал присказкой: «Эх, ребята, грех тем будет, кто девчат своих забудет». И они отвечали ему тем же. Маленькая Оля даже частенько говорила: «Замуж выйду только за дедушку».

А еще он ни на минуту не забывал завод, где состоялся как личность. С электроламповцами (так всегда называл их) общался постоянно, особенно с теми, с кем близко работал. Свое 60-летие отметил на родном предприятии и был счастлив видеть коллег-заводчан.

Он искренне интересовался делами своих сотрудников, всегда знал, что происходит у них в жизни. Мог остановить на лестнице женщину, которая ее убирала, дотошно расспрашивать о диагнозе больного ребенка, разбирая нюансы лечения. Помочь ближнему в радости или в горе было по-зайцевски. Мне и самому однажды удалось познать эту сторону его деятельности.

В начале 90-х я работал в Москве в «Литературной газете», и приехал в Уфу за интервью в Верховный Совет республики. Зашел в горисполком к Михаилу Алексеевичу. Заметив, что я чуть напряжен, он поинтересовался, в чем дело. А мне нужно было получить паспорт для старшей дочери, на что времени совсем не хватало, уже следовало возвращаться в редакцию. Мэр рассмеялся: «Ну и что ты расстроился? Подожди минут двадцать, что-нибудь придумаем». И вот глава миллионного города бросает все дела, едет со мной в паспортный стол и буквально за полчаса документ был получен на руки.

А последняя наша встреча состоялась летом 2010 года. В воскресный день я, как обычно обходя продуктовые магазины, шел по улице Ленина, и вдруг у обочины затормозил автомобиль, открылась дверь, и я увидел Михаила Алексеевича: «Садись, давно тебя не видел». За полчаса, проведенные в салоне машины, вспомнили совместную работу, спортивные новости. Впервые узнал о его книжных пристрастиях. Оказывается, любит исторические романы и прозу военных писателей, стихи Блока, Ахматовой, Есенина. Мечтает добраться до детективов. Но, к сожалению, не успел. 8 июля 2010 года его не стало. Он умер на летном поле. У самолета в салоне машины скорой помощи.

Амир Валитов. Фото из архива автора.

Источник: Ufaved